Катя (anakity) wrote,
Катя
anakity

Ночлег (типа отрывок или главка)

Надя прицелилась. Рука не дрожала. И все мишени, одна за другой, погасли. Призовая игра.
- Ну, девушка, вы, наверное, из якутских охотников!, - хохотнул кто-то рядом.
- Канешна, думаешь, откуда меха – сама песцов бьет!
Уши Надиной шапки-якутки были роскошными песцовыми хвостами. Один, правда, уже отрывался. Да пришить все было недосуг. Когда уже кончится эта долгая командировка? Ленинградский вокзал за эту неделю стал ее родным домом: и туалет есть с душем, пусть и платный, даже и лучше, что платный – хоть чисто, и публика гораздо приличнее, чем на Казанском или Ярославском. Вот только спать сидя тяжело…
Надя поднялась в ресторан. Есть не очень хотелось, но вот снять с себя тяжелое зимнее пальто, шапку, посидеть за чистым, накрытым скатертью столом, чтоб играла музыка, и был яркий свет…
Она заказала ужин, и, дожидаясь ромштекса, разглядывала соседей и думала про Андрея.
Соседи – пожилая пара, не то немцы, не то австрийцы ели неторопливо, сосредоточенно, не глядя по сторонам и почти не разговаривая. Дама с седыми некрашеными волосами в элегантном сером пуловере с жемчужными бусами в три нитки, сердито поглядывала на часы и изредка что-то бормотала спутнику. Тот, лысый, ужасно приличный, в очках, с рябым, старчески-веснушчатым лицом, растягивал губы в резинку и отвечал – битте, битте. Третьим за столом был дядька более свойского вида. Лет ему было к сорока, в индийском свитере, из-под выреза которого выглядывал не слишком чистый воротничок полосатой рубахи. Он посверкивал поочередно то золотым зубом, то грубым перстнем-печаткой на среднем пальце. Может, нефтяник, может, какой снабженец из командированных. Дядька скучно цыкал зубом, наплевав на приличия и сидящих рядом «гостей столицы» и осматривал зал, видимо, также дожидаясь заказа. По Наде скользнул небрежно, как кот лапой смазал, и отвернулся.
Принесли заказ. Надя, улыбаясь про себя, расправила льняную салфетку, уложила ее на колени. Дядька издал нечленораздельное хрюканье, отпихнув свой крахмальный парус почти в тарелку к немке.
Та брезгливо-обескуражено поглядела на «снабженца», поджала тонкие губы со съеденной помадой и резиново улыбнулась Наде. Надя вежливо кивнула. Ей не хотелось торопиться, в ресторане было тепло, светло, наигрывала музыка, ромштекс, хоть и стоил суточных, но зато был вкусен…
- А ты чего тут пасешься? – голос у «снабженца» был скучным, ленивым и каким-то особенно хамским. – В гости едешь?
- В командировке. – Надя была рада даже такому застольному разговору, так надоели ей официальные приемные всяких НИИ, заводов, проходные, вахтеры, кассиры…
- Молодая для командировок-то.
- Ну, не такая уж и молодая. Мне двадцать пять, - смутилась Надя.- Хотя устала до смерти. Мне еще день продержаться бы в этой Москве, а завтра вечером в Ленинград. – Она не могла сдержать ликование. В Ленинград! Вся она туда стремилась и рвалась изо всех сил. В Ленинград! Там Андрей. Там Невский, на который выходишь из метро, глотая пропахший бензином воздух, и понимаешь – ты дома. Там БДТ с Басилашвили, и Русский музей. Там смешные пирожковые и бульонные. Там уютный «Погребок» на улице Гоголя… Там утки на Фонтанке и усталые атланты…Там счастье. Там жизнь.
- Ленинградка что ль?
- Нет, я из Сибири., - ох, как хотелось бы Наде сказать – да, да! из Ленинграда, из любимого навсегда моего города, но врать она никогда толком не умела.
- Понятно,- лениво цыкнул зубом «снабженец», расправляясь со второй отбивной…- а чего на вокзале ошиваешься?
Надя рассмеялась:
- Так в гостиницы не попасть! Я уже четвертые сутки.
- На вокзале? – мужик округлил глаза и даже перестал жевать.
- Ну, да. А что? Тепло, публика нормальная, даже помыться можно, вещи в камеру хранения сдаю просто, и все. Только выспаться по-человечески хочется… - аппетит приходит во время еды: Надя с удовольствием доела ромштекс, подобрала с тарелки увядшую зелень и подумывала, не заказать ли что-нибудь еще…ну хоть пирожное к кофе. Немцы как-то незаметно, по-английски ушли. Ну и ладно.
- Ну ты даешь…- «снабженец» помолчал, соображая. - Слушай, я тут у друга в пустой хате ночую, правда в Химках, сейчас поеду, там диван, но, кажется, еще раскладушка есть. Ну… можешь перекантоваться до утра. Только ехать на электричке.
Надя не была совсем уж простодушной дурочкой, и предложение «снабженца» было вполне себе понятным. Она решила сразу поставить все точки.
- Я с удовольствием, четыре ночи толком не спала. Но. Я могу заплатить вам за ночлег. Немного. Деньгами. Перепихона не будет.
Дядька изумленно посмотрел на Надю, как будто из-под зеленого свитерка вылезла драконья чешуя.
- Ты чё, бля… Я ж по человечьи. Ну тты ваще… Чего платить еще, я зарабатываю, место не пролежишь.
- Ну, раз так, так чего тогда? – Надя улыбнулась той улыбкой, против которой не могли устоять даже матерые волки из 5-го отдела. – Поехали?
На электричке добрались в эти самые Химки, потом в полной тьме через какие-то стройки и гаражи пробрались к панельной девятиэтажке. Наде ни капельки не было страшно, потому что Андрей ждал ее в Ленинграде, и с ней совершенно ничего не могло случиться.
Квартира была однокомнатной, холостяцкой, совершенно запущенной. В кухне на столе стояли почерневшие стаканы. Немногочисленные тараканьи стада окружали куски хлеба, густо поросшие плесенью. Рассохшийся брус хозяйственного мыла валялся под раковиной, а в мусорном ведре уже даже не пахли совершенно замумифицировавшиеся селедочные головы.
- Ну и сарай! Здесь что, не живет никто?
- Это, понимаешь, хата, где наши, сургутские, если в командировку едут, останавливаются. С гостиницами в столице сама знаешь…
- Да уж, знаю.- Надя отвернула кран, хлынула застоявшаяся ржавая вода. «Сургутские». Значит точно нефтяник. Она отыскала еще одно ведро, несколько тряпок.
К полуночи отмыла эту берлогу так, что нефтяник только крякнул.
- Ох, женился б я на тебе, ей-бо…
- У меня жених есть, - улыбнулась Надя, заваривая 36-й (нашла среди запасов – соды, одревесневших сушек и остатков «Столичной»). - Ждет меня в Ленинграде.
Они расстелили постели – белье чистое нашлось в шкафу. Нефтяник вежливо уступил Наде диван, сам улегся на раскладушку. Погасили свет. Наде не спалось – мешали запахи, звуки последних электричек, сопение Алексея, так звали нефтяника.
- Спишь, - сипло спросил он.
- Нет что-то, - смущенно ответила Надя. -Устала очень.
- Знаешь, если я мужикам скажу, что бабу на хату привел и не в..б её, не поверят. И не поймут.
Надя промолчала.
- Ты странная, я таких и не встречал. Ты чего, и не боишься?
- А чего бояться? – Надя говорила с ним снисходительно, как с маленьким. – Я же честно все сказала. У меня жених, понимаешь? – она, наконец, тоже перешла на «ты». Я его знаешь, как люблю! Вот представь, была б у тебя невеста, и начала бы она гулять направо-налево, каково бы оно тебе? Он же мне верит, как я его обману?
- Ты ж меня не знаешь. Вдруг я маньяк? Убийца?
- Ну, какой ты маньяк-убийца, - Надя даже засмеялась, - у тебя руки рабочие, и рубаха нестираная, и диван мне уступил. Спи уж, маньяк.
Они еще немного поговорили.
Когда Надя уже проваливалась в сон, она услышала сдавленное бормотание:
- Бля, ну где такие бабы живут? Ну, где?! Ведь не поверят…

…Утром она проснулась, когда Алексей еще спал, раскатисто похрапывая. Раскладушка под ним провисла почти до полу, одеяло сползло. Она поправила одеяло, тихонько собрала свою постель. Уже надев пальто, подошла на цыпочках к спящему и положила на табурет набор открыток «Кемерово» и пастилу, купленную вчера на улице Горького.
Оставался еще один день в Москве, а утром – Ленинград!! Ленинград!
Tags: рассказки
Subscribe

  • Еще стиш...

    В этой квартире паркет по старушечьи дышит. Прах от обоев старается спрятаться в стены. Был черный ход, а теперь кладовая, и мыши Норы свои стерегут,…

  • осенний стиш

    ...Путь через площадь, нутро продувает насквозь. Клёны, как псы, охраняют кораблик на шпиле. Я в этом мире желанный, но все-таки гость. И потому…

  • (no subject)

    Я не откликнусь на призыв немой Не потому, что даже не услышу. А потому, что снова снегом крыши Заносит вьюга. Холодно зимой. Так холодно, что…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

  • Еще стиш...

    В этой квартире паркет по старушечьи дышит. Прах от обоев старается спрятаться в стены. Был черный ход, а теперь кладовая, и мыши Норы свои стерегут,…

  • осенний стиш

    ...Путь через площадь, нутро продувает насквозь. Клёны, как псы, охраняют кораблик на шпиле. Я в этом мире желанный, но все-таки гость. И потому…

  • (no subject)

    Я не откликнусь на призыв немой Не потому, что даже не услышу. А потому, что снова снегом крыши Заносит вьюга. Холодно зимой. Так холодно, что…