Катя (anakity) wrote,
Катя
anakity

Categories:

Шагранска Осьмица Часть 6

Чем больше времени проходит после моего путешествия, тем труднее писать. За окном снег, на работе цифры… Начинает казаться, что и не было никакой Черногории, и Сербии с Боснией не было.
Но ведь это не так!
Была же, например, Шагранска Осьмица, куда я с таким трудом успела. Или мост на Дрине. Или старая крепость в Травнике…
Ну, вот о Шагранской Осьмице расскажу.
Это, собственно говоря, железная дорога, которая была построена в двадцатые годы и довольно долго была действующей. Дорога необычная, поезд проходит через множество тоннелей в скалах и поднимается на горы серпантином. В семидесятые годы Шагранска Осьмица перестала функционировать, и начала восстанавливаться энтузиастами только в последние годы прошлого века. Ну, кто смотрел «Жизнь как чудо», может об этом составить довольно верное представление. Это как раз там… Прежде железка соединяла Ужице и Вишеград, но восстановлен был наиболее зрелищный участок дороги. Если взглянуть на него сверху, то включив воображение, можно увидеть в сплетении рельсов восьмерку… Или бесконечность. Ну, это уж кому как.
Ныне это туристический аттракцион.
Паровозик - своего рода машина времени - попыхивая паром, тянет три вагончика (первого, второго и третьего класса) в сербские горы. Вагоны битком набиты пассажирами, примерно две трети – школьники, которые, как любые школьники, радуются экскурсии вместо уроков, галдят, поддразнивают, пихают друг друга и смотрят куда угодно, только не на фантастически прекрасные пейзажи, которые открываются в пути. Остальные – разного рода туристы, увешанные фототехникой.
Нам места в вагонах уже не нашлось, и потому мы с Машей пристроились на открытой площадке. И не пожалели. Это удивительно: едешь, вытяни только руку – коснешься каменного утеса, ноги можно свесить с площадки и они едва-едва не достают до земли. Колеса стучат, паровозик пыхтит, школяры в третьеклассном вагоне хохочут. Солнце согревает по-сентябрьски мягко. Пахнет соснами и перезревшими сливами.
Дорога по извилистой узкоколейке до Шагран Витаси занимает примерно час. Это конечная станция, сюда мы добираемся без остановок в пути. Можно немного погулять, внимательно разглядеть вагончики, поболтать с кондуктором, понимая примерно половину из того, что он говорит, но отчетливо выделяя «Кустурица» и «Голубичи». Можно даже успеть перекусить. Но мне не до того. Такое солнце, такое высокое синее небо с барашками облаков. Такой покой… Я блаженствую и любуюсь окрестностями. Хочется запомнить этот день и эти места навсегда. Гудок зовет пассажиров в вагоны, и я снова устраиваюсь на площадке. Маша прячется в вагон, она подмерзла: поезд постоянно ныряет в тоннели, и ветерок – легкомысленно-ласковый на солнце – становится холодным и неприветливым в горной тьме. Несколько подростков сперва с завистью следят, как я усаживаюсь и свешиваю ноги на ступеньки, потом не выдерживают и тоже выходят на площадку. Бдительные менторы пытаются вернуть их в вагон, но, после оживленной жестикуляции и споров, разрешают остаться в «опасном месте». Мальчишки довольны. Они что-то тихонько обсуждают между собой, потом решаются спросить на английском, откуда я. Я отвечаю, что из России. Этот факт их почему-то страшно радует, они пихают друг друга, перепираются, а потом выдают: «Здравствуйте пожалуйста, меня зовут Миша, до свидания, Москва!». И мы вместе хохочем. А наш уютный паровозик снова тащит вагоны по затейливым изгибам железной дороги.
Вот и станция Ятаре. Народ разбредается, чтоб сделать фото – «я и сербские водопады». А я слушаю, как журчат струи по камням и как шумят сосны… Станция очень уютная и спокойная. На скамейку рядом присаживается немолодой дядька. Курит. Ну, значит, пойду к водопадам. Что ж я, буду без эпохального фото, что ли?!
Следующая станция – та, которая, по правде сказать, станцией не была, но ради которой, собственно я тут… Голубичи, ага. Пока школяры упоенно обследуют дрезину, а солидные китайские туристы фотографируют волшебные пейзажи, Маша отправляется изучать окрестности. А я... Я не знаю, что со мной происходит, просто мне кажется, что я в очередной раз ощущаю, какое чудо жизнь. И как напрасно и бездумно растранжиривают люди это чудо в нелепой борьбе за власть, в разборках «кто круче», в выяснении отношений, которые уже не склеить… А на самом деле жизнь – это действительно чудо...
Потом еще станция, где прикосновение к камню на перроне, обещает сбычу мечт и загаданных желаний. И я, как в детстве, загадываю: «Пусть всё будет хорошо!» И трогаю прохладный валун.
Мы возвращаемся в Мокру Гору. Ноги мои отказываются идти в Дрвеньград за моим рюкзаком. Мы договариваемся с Машей, что я попробую найти здесь «такси» до Мечавника, а повезет, так и до Вишеграда. У нее в планах еще погулять по деревне Кустурицы, а я и рада бы, да сил нет.
Маша уходит, а я пытаюсь найти машину. Увы, говорят мне сочувственно, машин нет. Да и Дрвенград недалеко – кивают на гору – вот же он, подняться и всё! Я сокрушенно вздыхаю, но что ж делать, придется идти. Поскольку торопясь на поезд я неслась на станцию не разбирая дороги напрямик через какой-то сливовый сад, интересуюсь куда идти-то? Так вон дорога, - машут куда-то вдаль смуглые седоусые дядьки. И я бреду в указанном направлении.
Это странная едва заметная проселочная дорога, поросшая желтеющей травой. Она неспешно поднимается в гору. По краям ее пылают листвой кусты кизила и шиповника. За кустами растут сосны, дубы, сливы и яблони. Чуть дальше видны редкие деревенские дома, уединившиеся на склоне горы. В огородах зреют арбузы и тыквы. На городьбе сушатся полосатые половики – точь в точь такие были у моей бабушки. Оглядываюсь на негромкое блеянье – коза внимательно изучает ветки сливы.
Иду медленно-медленно, в гору. Но страх, что не дойду, постепенно исчезает.
Во-первых, мне ужасно хорошо идти по этой поросшей травой дорожке. Во-вторых, можно не торопиться: до Вишеградского автобуса времени достаточно. В третьих, можно перевести дух. Вот, например, скамейка у родника. Можно напиться вкусной воды и дать передышку измученным коленкам. Я подобрала немного слив, ополоснула их от пыли. Они уже чуть подвялились на сентябрьском солнце и стали похожи на чернослив. Это мой обед. После отдыха продолжаю подниматься вверх. Как хорошо, Боже мой, как хорошо.
Вот и Дрвенград. Я забираю на ресепшене рюкзак, безуспешно оглядываю окрестности в поисках Маши и пытаюсь на всякий случай уточнить – нельзя ли заказать такси до Вышеграда. И опять мне говорят – увы! Но ведь скоро автобус! Зачем такси? И я уже не сокрушаюсь, а спокойно принимаю местные реалии и, взвалив свою торбу на спину, отправляюсь вниз на остановку.
Минут за десять до прихода автобуса с горы спускается сияющая Маша, оказывается, она успела отлично погулять по солнечному Дрвенграду и зарядить свою технику.
Мы ввинчиваемся в вишеградский микроавтобус, где каким-то чудом оказывается для нас два свободных места и уже совершенно счастливые едем дальше.
За нашими спинами галдит компания не то старшеклассников, не то студентов колледжа. После границы, которую мы практически не заметили (водитель собрал документы, минут через пять отдал их назад уже со штампами), мы с ребятами разговорились. Они чуть-чуть учили русский, но знают совсем немного. На каком языке мы общались сказать трудно, но друг друга понимали отлично.
Вообще на Балканах так со мной и было: я не помню совершенно, на каком языке мне доводилось разговаривать с людьми, но понимали мы друг друга всегда. Удивительно.
До Вишеграда дорога заняла минут 40, студенты болтали без умолку, и, в конце концов, один парнишка запел на довольно чистом русском: «Расцветали яблони и груши»… Остальные подхватили, не отстали и мы с Машей. И так под «Катюшу» мы въехали в боснийский Вышеград.
Tags: Сербия, поездки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments